Женский монастырь во имя иконы Божией Матери «Всецарица»
Главная
Предстоятель РПЦ
Архипастырь Кубани
Священнослужители
Игумения монастыря
Духовник-исповедник
Духовник обители
Жизнь обители
Служение
Таинства
Паломничество
Подворье
Великие и Двунадесятые праздники
Покров Пресвятой Богородицы
Духовная поэзия
Святые Православной церкви
Святоотеческое слово
Аудио, Видео
Календарь
Фотогалерея
Новости
Объявления
Заказать требы
Контакты
Гостевая книга
Каталог ссылок
Проблемы современного монашества


Преподобный Иоанн Лествичник - день памяти 06.04 н.ст. (24.03 ст.ст.), 12.04 н.ст. (30.03 ст.ст.)

Краткое описание жития аввы Иоанна,
игумена святой горы Синайской, прозванного схоластиком 1,
поистине святого отца

СОСТАВЛЕННОЕ МОНАХОМ РАИФСКИМ ДАНИИЛОМ, МУЖЕМ ЧЕСТНЫМ И ДОБРОДЕТЕЛЬНЫМ.


Не могу сказать с достоверною точностию, в каком достопамятном граде родился и воспитывался сей великий муж до исшествия своего на подвиг брани; а какой град ныне покоит и нетленною пищею питает сего дивного, это мне известно. Он пребывает ныне в том граде, о котором говорит велегласный Павел, взывая: Наше житие на небесех есть (Флп. 3, 20); невещественным чувством насыщается он блага, которым невозможно насытиться, и наслаждается невидимою добротою, духовно утешается духовным 2, получив воздаяния, достойные подвигов, и почесть за труды, не трудно понесенные — тамошнее наследие; и навсегда соединившись с теми, которых нога ста на правоте (Пс. 25, 12). Но как сей вещественный достиг невещественных сил и совокупился с ними, это я постараюсь изъяснить по возможности.
Будучи шестнадцати лет телесным возрастом, совершенством же разума тысячелетен, сей блаженный принес себя самого, как некую чистую и самопроизвольную жертву Великому Архиерею, и телом восшел на Синайскую, а душею на небесную гору; с тем, думаю, намерением, чтобы от видимого себе места иметь пользу и лучшее наставление к достижению невидимого. Итак, отсекши бесчестную дерзость отшельничеством, сею обладательницею наших мысленных отроковиц 3, восприяв же благолепное смиренномудрие, он, при самом вступлении в подвиг, весьма благоразумно отогнал от себя обольстительное самоугодие и самоверие; ибо преклонил свою выю и вверил себя искуснейшему учителю, чтобы, при благонадежном его руководстве, непогрешительно переплывать бурное море страстей. Умертвив себя таким образом, он имел в себе душу, как бы без разума и без воли, совершенно свободную и от естественного свойства; а еще удивительнее то, что, обладая внешнею мудростию, он обучался небесной простоте. Дело преславное! Ибо кичливость философии не совмещается со смирением. Потом, по прошествии девятнадцати лет, предпослав к Небесному Царю своего учителя как молитвенника и заступника, и сам он исходит на поприще безмолвия, нося сильные, на разорение твердынь, оружия — молитвы великого (своего отца); и избрав место удобное к подвигам уединения, в пяти стадиях от храма Господня (место это называется Фола), он провел там сорок лет в неослабных подвигах, всегда пылая горящею ревностию и огнем божественным. Но кто может выразить словами и восхвалить сказанием труды его, там понесенные? И как явно представить всякий труд его, который был тайным сиянием? Впрочем, хотя через некоторые главные добродетели известимся о духовном богатстве сего блаженного мужа.
Он употреблял все роды пищи, без предосуждения разрешаемые иноческому званию, но вкушал весьма мало, премудро сокрушая и через это, как я думаю, рог кичливости. Итак, малоядением угнетал он госпожу оную, то есть плоть, многого похотливо желающую, голодом вопия к ней: «Молчи, престань», тем же, что вкушал от всего понемногу, порабощал он мучительство славолюбия; а пустынножитием и удалением от людей утолил он пламень сей (то есть телесной) печи, так что он совсем испепелился и угас совершенно. Милостынею и скудостию во всем потребном мужественный сей подвижник мужественно избежал идолослужения, то есть сребролюбия (Кол. 3, 5), от ежечасной смерти душевной, то есть от уныния и расслабления восставлял он душу, возбуждая ее памятию телесной смерти, как жалом; а сплетение пристрастия и всяких чувственных помыслов разрешил невещественными узами святой печали. Мучительство гнева еще прежде было в нем умерщвлено мечем послушания, неисходным же уединением и всегдашним молчанием умертвил он пиявицу паутинного тщеславия. Что же скажу о той славной победе, которую сей добрый таинник одержал над осьмою отроковицею? 4 Что скажу о крайнейшем очищении, которое сей Веселеил послушания начал, а Владыка небесного Иерусалима, пришедши, совершил Своим присутствием; ибо без сего не может быть побежден диавол с сообразным ему полчищем. Где помещу, в настоящем нашем плетении венца, источник слез его, (дарование не во многих обретающееся), которых тайное делателище и до ныне остается, — это небольшая пещера, находящаяся у подошвы некоторой горы; она настолько отстояла от его келлии и от всякого человеческого жилища, сколько нужно было для того, чтобы заградить слух от тщеславия; но к небесам она была близка рыданиями и взываниями, подобными тем, которые обыкновенно испускают пронзаемые мечами и прободаемые разжженным железом, или лишаемые очей. Сна принимал он столько, сколько необходимо было, чтобы ум не повредился от бдения, а прежде сна много молился и сочинял книги; это упражнение служило ему единственным средством против уныния. Впрочем все течение жизни его была непрестанная молитва и пламенная любовь к Богу; ибо, день и ночь воображая Его во светлости чистоты, как в зеркале, он не хотел, или точнее сказать, не мог насытиться.
Некто из монашествующих, именем Моисей, поревновав житию Иоанна, убедительно просил его, чтобы он принял его к себе в ученики и наставил на истинное любомудрие; подвигнув старцев на ходатайство, Моисей, через их просьбы, убедил великого мужа принять себя. Некогда авва повелел сему Моисею переносить с одного места на другое землю, которой требовало удобрение гряд для зелий; достигши указанного места, Моисей без лености исполнял повеление; но как в полдень настал чрезвычайный зной (а тогда был последний летний месяц), то он уклонился под большой камень, лег и уснул. Господь же, Который ничем не хочет опечалить рабов Своих, по обычаю Своему предупреждает угрожавшее ему бедствие. Ибо великий старец, сидя в келлии и размышляя о себе и о Боге, преклонился в тончайший сон и видит священнолепного мужа, который возбуждал его и, посмеваясь сну его, говорил: «Иоанн, как ты беспечно спишь, когда Моисей в опасности?» Вскочивши немедленно, Иоанн вооружился молитвою за ученика своего; и когда тот вечером возвратился, спрашивал его, не случалась ли с ним какая-нибудь беда или нечаянность? Ученик отвечал: «Огромный камень едва не раздавил меня, когда я спал под ним в полдень; но мне показалось, будто ты зовешь меня, и я вдруг выскочил из того места». Отец же, поистине смиренномудрый, ничего из видения не открыл ученику, но тайными воплями и воздыханиями любви восхвалял благого Бога.
Сей преподобный был и образцом добродетелей и врачем, исцелявшим сокровенные язвы. Некто, по имени Исаакий, будучи весьма сильно угнетаем бесом плотской похоти и уже изнемогший духом, поспешил прибегнуть к сему великому и объявил ему свою брань словами, растворенными рыданием. Дивный муж, удивляясь вере его, сказал: «Станем, друг, оба на молитву». И между тем, как молитва их кончилась, и страждущий еще лежал, повергшись ниц лицом, Бог исполнил волю раба Своего (Пс. 144, 19), дабы оправдать слово Давидово; и змей, мучимый биениями истинной молитвы, убежал, а недужный, увидев, что избавился от недуга, с великим удивлением воссылал благодарение Прославившему и прославленному.
Другие, напротив, подстрекаемые завистию, называли его (преподобного Иоанна) излишне говорливым и пустословом. Но он вразумил их самым делом и показал всем, что вся может о укрепляющем всех Христе (Флп. 4, 12); ибо молчал в течение целого года, так что порицатели его превратились в просителей и говорили: «Заградили мы источник приснотекущей пользы, ко вреду общего всех спасения». Иоанн же, чуждый прекословия, послушался и снова начал держаться первого образа жизни.
Потом, все, удивляясь преуспеянию его во всех добродетелях, как бы новоявленного Моисея, поневоле возвели его на игуменство братии и, возвысивши сей светильник на свещник начальства, добрые избиратели не погрешили; ибо Иоанн приблизился к таинственной горе, вшедши во мрак, куда не входят непосвященные; и возводимый по духовным степеням, принял богоначертанное законоположение и видение. Слову Божию отверз уста свои, привлек Духа, отрыгнул слово, и из благого сокровища сердца своего изнес словеса благая. Он достиг конца видимого жития в наставлении
новых израильтян, то есть иноков, тем одним отличаясь от Моисея, что вошел в горний Иерусалим, а Моисей, не знаю как, не достиг земного.
Дух Святой говорил его устами; свидетелями этому служат многие из тех, которые спаслись и до ныне спасаются через него. Превосходным свидетелем премудрости сего премудрого и подаваемого им спасения был новый оный Давид 5. Свидетелем того же был и добрый Иоанн, преподобный наш пастырь (Раифский игумен). Он и убедил сего нового боговидца усильными своими просьбами, для пользы братии сойти помышлением с горы Синайской и показать нам свои богописанные скрижали, в которых наружно содержится руководство деятельное, а внутренно — созерцательное 6. Таким описанием покусился я в немногих словах заключить многое; ибо краткость слова имеет красоту и в искусстве витийства.
______________
1 Схоластиками в древности назывались риторы, законоведы или вообще люди ученые.
2 В слав. умом единым радуяся о Уме мысленно созерцаемом.
3 Т.е. страстей.
4 Т.е. гордостию, которая в числе главных восьми страстей есть восьмая.
5 Полагают, что новым Давидом назван здесь вышеупомянутый Исаакий.
6 Т.е. в Лествице внешние слова поучают деятельности, а внутренний духовный разум наставляет к видению.




О том же авве Иоанне, игумене Синайской горы, то есть Лествичнике

ПОВЕСТВУЕТ ОДИН МОНАХ СИНАЙСКИЙ, КОТОРЫЙ БЫЛ, КАК И ДАНИИЛ РАИФСКИЙ, СОВРЕМЕННИКОМ ПРЕПОДОБНОМУ ИОАННУ


Прп. Иоанн Лествичник, игумен Синайский.
Некогда авва Мартирий пришел с аввою Иоанном к Анастасию Великому; и сей, взглянув на них, говорит авве Мартирию: «Скажи, авва Мартирий, откуда этот отрок, и кто постриг его?» Тот отвечал: «Он раб твой, отче, и я постриг его». Анастасий говорит ему: «О, авва Мартирий, кто бы подумал, что ты постриг игумена Синайского?» И святой муж не погрешил: по прошествии сорока лет, Иоанн сделан был нашим игуменом.
В другое время авва Мартирий, также взяв с собою Иоанна, пошел к великому Иоанну Савваиту, пребывавшему тогда в пустыни Гуддийской. Увидев их, старец встал, налил воды, умыл ноги авве Иоанну и облобызал его руку; авве же Мартирию ног не умывал, и потом, когда ученик его Стефан спросил, почему он так поступил, отвечал ему: «Поверь мне, чадо, я не знаю, кто этот отрок, но я принял игумена Синайского и умыл ноги игумену».
В день пострижения аввы Иоанна (а он постригся на двадцатом году своей жизни), авва Стратигий предсказал о нем, что он будет некогда великою звездою.
В тот самый день, когда поставили Иоанна нашим игуменом, и когда сошлось к нам около шестисот посетителей и все они сидели, вкушая пищу, Иоанн видел мужа с короткими волосами, одетого по-иудейски в плащаницу, который, как некий распорядитель, ходил повсюду и раздавал приказания поварам, экономам, келарям и прочим служителям. Когда те люди разошлись и служители сели за трапезу, искали сего повсюду ходившего и раздававшего приказания, но нигде не нашли. Тогда раб Божий, преподобный отец наш Иоанн, говорит нам: «Оставьте его; господин Моисей ничего не сделал странного, послужив в своем месте».
Некогда в Палестинских странах было бездождие; авва Иоанн, по прошению тамошних жителей, помолился, и сошел обильный дождь. И нет ничего тут невероятного; ибо волю боящихся Его сотворит Господь и молитву их услышит (Пс. 144, 19).
Надобно знать, что Иоанн Лествичник имел родного брата, чудного авву Георгия, которого он еще при жизни своей поставил в Синае игуменом, сам любя безмолвие, которое и сначала уневестил себе сей премудрый. Когда же Моисей этот, преподобный игумен наш Иоанн, отходил к Господу, тогда авва Георгий, брат его, стоял перед ним и говорил со слезами: «Итак, ты оставляешь меня и отходишь; я молился, чтобы ты проводил меня: ибо я не возмогу без тебя, господине мой, руководить сию дружину; но теперь мне должно проводить тебя». Авва Иоанн сказал ему на это: «Не скорби и не заботься: если буду иметь дерзновение ко Господу, то не оставлю тебя провести здесь и один год после меня». Что и сбылось; ибо в десятый месяц потом отошел и сей ко Господу.

(Преподобного отца нашего Иоанна, игумена Синайской горы ЛЕСТВИЦА. – СПб, Сатис Держава, 2006).


ПОДВИЖНИКИ ШЕСТАГО И СЕДМАГО ВЕКОВ.


Подвижники Синайской горы, процветавшие в шестом веке, известны следующие: св. Иоанн Лествичник; игумен Зосима; игумен Георгий; Стефан Византиец; Епифаний Затворник; Орентий отшельник; Стефан; Иоанн Савваит; Георгий Аралаит; Анастасий Синаит и другие.

ПРЕПОДОБНЫЙ ИОАНН ЛЕСТВИЧНИК

Какой достопамятный город родил и воспитал мужа сего прежде принятия им доблестных его подвигов — так начинается житие преподобнаго Иоанна Лествичника, помещенное в славянском переводе его Лествицы — о том не могу сказать ничего вернаго и точнаго. Но в каком месте ныне находится пречудный этот подвижник и какою божественною пищею он питается, об этом я совершенно знаю. Пребывает он ныне в той стране, о которой громогласнейший Павел поет, так восклицая: их же житие на небесех есть (Филип. 3, 20), где он невещественным чувством, то есть, единым разумом, невидимо насыщается и наслаждается добротою, веселящею его ум, приняв достойное возмездие за свои труды и получив там наследие царствия, находится и всегда будет с теми, их же нога ста на правоте (Псал. 25, 2). Как же он, в вещественном находясь теле, достигал невещественнаго блаженства, об этом, сколько можно, поведаю.
Преподобный Иоанн еще на 16-м году своего возраста оставил мир и прибыл на Синай, чтобы здесь, смотря на святую гору, по которой Моисей восходил к Богу, восходить по степеням нравственнаго совершенства и благоугождать единому Богу. Прежде всего преподобный счел нужным найти себе и действительно вскоре нашел опытнаго руководителя в духовной жизни: это был один подвижник, по имени Мартирий. Ему преподобный Иоанн отдал всего себя в полное управление и под его руководством быстро стал преуспевать в добродетелях и духовном разуме. Духовному своему отцу он явил такое послушание, что сделался как бы совершенно мертвым для своих собственных желаний и наклонностей: его душа, казалось, не имела ни собственнаго ума, ни собственной воли. О важности и силе послушания преподобный сам говорит в своей лествице: «изшедшие из Египта имели вождем Моисея; а убежавшие из Содома — Ангела. Так и желающие выйти из духовнаго Египта и избегнуть от мысленнаго фараона имеют нужду в некоем Моисее, в ходатае к Богу, который воздевал бы о них к Богу свои руки, чтобы они прешли греховное море и обратили в бегство духовнаго Амалика. Дитя, не имеющее сил подняться на гору, на руках отца может достигнуть самой вершины ея». Скоро прозорливые старцы провидели в нем избранный сосуд Благодати и предрекли, что он будет не только великий подвижник, но и руководитель подвижников. Когда преподобнаго Иоанна постригали в иноческий сан, один старец, игумен Стратегий, присутствовавший при обряде погребения, по внушению свыше, предрек, что Иоанн будет одним из великих светил в мире. Другой великий подвижник, знаменитый Иоанн
Савваит, когда Мартирий привел к нему ученика своего, умыл преподобному Иоанну ноги прежде его духовнаго отца и даже поцеловал у него руку, а ученику своему Стефану сказал, что он принял в этом юном иноке будущаго игумена Синайскаго. По прошествии девятнадцати лет, когда Мартирий отошел к Господу, преподобный Иоанн решился подвизаться один в самом строгом уединении, и посоветовавшись с преподобным Георгием Арселаитом, после продолжительной молитвы, удалился в самую безмолвную пустыню, называвшуюся Фола.
Сорок лет подвизался преподобный Иоанн в этой пустыне, проводя жизнь совершенно ангелоподобную. Нельзя изобразить всех подвигов, совершенных им в восхождении его к нравственному совершенству в продолжение этой необыкновенной четыредесятницы лет. Без всякаго сомнения, преподобный прошел в это время все те степени нравственнаго усовершения и восхождения к богоподражательному бесстрастию, какия он показал и начертал в своем творении, называемом Лествица, возводящая на небо. Вот как в немногих словах изображаются подвиги и добродетели преподобнаго Иоанна, совершенные им в это время, в житии преподобнаго.
Он все то вкушал, что не было запрещено уставом постнической жизни, впрочем, весьма мало. И этим, думаю, он сломлял рог гордости. Малоядением отражал он роскошь, госпожу сластолюбия, заботящуюся о многих яствах, среди недостатка своего, взывая к ней: замолчи, онемей. Уединением и редким видением лиц человеческих он погасил и совершенно испепелил пламень пещи плотской. А сребролюбия, которое Павел называет идолослужением, добльственно избежал сей подвижник милостынею и лишением необходимых вещей. Леность, как ежечасную душевную смерть, он возбуждал к трудолюбию памятию о смерти телесной. Узел похотей и всех страстей расплетал душевным болезнованием. Тщеславие, которое, подобно пиявке, высасывает кровь и соки добродетелей, и как паук, опутывает их своими сетями, истреблено было этим великим мужем чрез редкое выхождение из кельи, и еще более редкий с другими разговор. И что сказать о победе, которую особенный таинник сей одержал над гордостью? Что о крайней чистоте сердечной, которую сей новый Веселеил начал послушанием, а Владыка небеснаго Иерусалима совершил своим присутствием, без содействия коего нельзя сокрушить диавола и его полчища? В каком месте похвальнаго ему от нас венца помещу источник слез, который был в нем и который обретается не во многих (пустынниках)? Сокровенное его слезоточное место и доныне находится при подошве горы, это — пещера, весьма тесная, отстоящая от общих келий настолько, сколько нужно для заграждения слуха, чтобы не мог он слышать пустой человеческой славы. Он был близок к небу своими воплями и рыданиями, которыя подобны воплям, испускаемым теми, которых или жгут огнем, или режут оружием, или лишают глаз. Спал он столько, сколько нужно к сохранению ума, чтобы непрестанным бодрствованием не погубить его. Прежде сна он долго молился Богу и составлял книги. Все же течение жизни его было не что иное, как непрестанная молитва и нелицемерная любовь к Богу, Коего он и днем и ночью созерцая в светлейшем зеркале душевной чистоты своей, не хотел, или лучше сказать, не мог насытиться зрением Его! В венце подвигов и добродетелей св. Иоанна Лествичника ярко сияют особенно дух покаяния и умиления, воздержания и непрестанная молитва.
Покаяние и сердечное умиление были столь сильны в преподобном Иоанне и так глубоко развиты в нем, что он непрестанно проливал потоки слез. В сокровенной пещере своей он возносил к небу вопли, рыдания и вздохи, и с такою силою, с какою испускают вопли люди, страдающие тяжкою болезнею, или истязуемые жестокими муками. Эти святыя слезы производили в его душе чудныя последствия, как можно заключить из его собственных слов. В одном месте своей Лествицы преподобный говорит: «Как огонь сожигает и уничтожает хворость, так чистая слеза омывает все нечистоты, наружныя и внутренния» (степ. 7). И еще: «Те, кои получили дар слез, проводят каждый день своей жизни в духовном празднестве и их печаль заключает в себе утешение и облегчение также неизбежно, как воск в соте заключает в себе мед» (там же).
Преподобный Иоанн приписывает отшельникам три частныя добродетели, каковы: оставление всех забот о делах житейских, непрестанная молитва и постоянное бдение, делающее сердце недоступным для демонов. Эти три добродетели во всей силе показал в себе сам преподобный. Он изгнал из ума своего всякую другую заботу и всякое дело, кроме дела угождения Богу, и постоянно бодрствовал над сердцем своим, над малейшими его движениями и возбуждениями, не оставляя в него входа никакой земной мысли, никакому чувственному пожеланию, а это давало ему полную свободу возноситься к Богу в непрестанной молитве. И сильна и действенна была его святая молитва. У св. Иоанна был ученик, по имени Моисей. Однажды он приказал ученику своему переносить с некотораго места хорошую землю в свой сад, чтобы в нем лучше произрастали травы и деревья, Моисей усердно исполнял это повеление своего учителя. В одно время, именно в самый полдень летняго дня (это было в августе), он, будучи палим чрезмерным жаром, лег отдохнуть под тенью большаго утеса. Господь, не желая оскорбить чем-нибудь рабов своих, обыкновенно предваряет имеющее постигнуть их несчастие. Преподобный Иоанн находился в своей келье и, занятый, по обыкновению, Богомыслием, предался легкой дремоте. И вот ему представилось, будто подошел к нему почтеннаго вида муж, который будил его, и с упреком говорил: «Как ты, Иоанн, покойно здесь спишь, а Моисей находится в опасности?» Преподобный тотчас пробудился и стал молиться за своего ученика. Когда вечером ученик возвратился, Иоанн спрашивал его: не случилось ли с ним чего худаго? Тот отвечал: «Я подвергался большой опасности: меня едва было не задавил камень, оторвавшийся от утеса, под которым я спал; к моему счастию, мне представилось во сне, что ты зовешь меня, я тотчас встал и в страхе бросился от этого места прочь, едва отошел от него, как огромный камень с шумом упал на оставленное мною место». — Вот и еще случай, в котором открылась сила и действенность молитвы преподобнаго Иоанна. Пришел к нему один отшельник, по имени Исаакий, котораго до такой степени мучили блудные помыслы, что он едва не приходил от них в отчаяние. Со слезами поведал преподобному свою внутреннюю брань. Исаакий просил у него помощи. Преподобный, подивившись его вере и смирению, сказал ему: «Будем оба молиться, брат мой; благий и милосердый Бог не презрит нашей молитвы». И стали они оба на молитву. Еще лежал пришедший брат на земле, простершись ниц в молитве, как уже почувствовал внутри себя перемену: почувствовал, что мучившее его прежде плотское волнение изчезло, и совершенный мир водворился в его душе. Исаакий благодарил Господа, избавившаго его от мучительнаго состояния молитвою преподобнаго Иоанна.
Чтобы лучше упражняться в подвигах св. добродетелей, особенно в молитве, преподобный Иоанн почти безвыходно пребывал в своем глубоком уединении в Фоле и всячески старался скрываться от глаз людей, и молчал, когда встречался с другими. Только оставлял он свою пустынную келью, чтобы посетить пустыни египетския и назидать себя живым примером славных египетских подвижников. Но сколько ни скрывал себя блаженный Иоанн от славы человеческой, Господу благоугодно было открыть наконец так долго скрывавшийся под спудом светильник. Молва о святости и высокой духовной мудрости преподобнаго Иоанна распространилась повсюду, и к нему начали приходить посетители всех званий и состояний; преподобный всех принимал с любовью о Господе и всем подавал спасительные советы и наставления. Но и ему, как и другим святым подвижникам благочестия, суждено было потерпеть от злобы диавола и зависти людской. Некоторые пустынники, завидуя добродетелям Иоанна, упрекали его в том, что он, вопреки состоянию пустынника, нарушает законы молчания: они называли его невоздержным в словах. Св. Иоанн уступил клеветникам, затворился в своей келье и целый год ни с кем не беседовал; и только усильныя просьбы самих клеветников и других братий побудили его возвратиться к прежнему образу жизни: он снова раскрыл златословесныя уста свои, и снова потекли из них небесныя речи.
Когда скончался игумен Синайской горы Георгий, преподобному Иоанну было в это время уже 75 лет. Несмотря на столь преклонныя лета его, братия, зная добродетели преподобнаго, упросили его оставить уединение, и, как новаго Моисея, единогласно избрали игуменом горы Синайской. Господу угодно было избрание св. Иоанна в игумены Синайских пустынников, и Он утвердил это избрание особенным знамением. Историк жизни преподобнаго Иоанна 1 рассказывает об этом следующее: «Как скоро св. Иоанн Лествичник сделался нашим начальником и игуменом, то собралось в монастырь множество гостей. Когда они сели за стол, то они видели, как неизвестный распорядитель, одетый в белую тунику, подобную еврейской, входил и выходил из трапезы и отдавал нужныя приказания всем бывшим на кухне и других местах для того, чтобы угостить надлежащим образом посетителей. С удалением этих последних, когда служившие им сели за стол, везде искали этого распорядителя, так много трудившагося для приведения всего в порядок, чтобы пригласить его разделить братскую трапезу. Но сколько ни искали, нигде не нашли; и тогда слуга Божий, наш почтенный отец Иоанн, сказал им: «Перестаньте искать, — нет ничего страннаго и удивительнаго, если Господь и Владыка Моисея сам благоволил устроить все нужное для гостеприимства в том месте, которое принадлежит Ему и посвящено Ему преимущественно».
Сделавшись игуменом и руководителем других, преподобный Иоанн со всем тщанием стал заботиться о духовном благе Синайских братии, но в то же время в этом служении благу других приобретал и для себя новыя, высшия совершенства. В житии его
говорится, что он, подобно Моисею, взошел на гору (Синай), воспринял непостижимости Божий, и так сказать, приблизился к Богу, посредством восхождений ума, и получил Богоначертанный закон; отверз уши свои для принятия слова Божия; привлек к себе дух, и из благаго сокровища сердца своего излил благая слова спасения. Водами богомудраго учения своего св. Иоанн напоял души с обилием и чудным помазанием. Источники благодатнаго учения его текли не по одной пустыне Синайской, но орошали и окрестный пустыни и оросили потом всю церковь: по просьбе современника своего Иоанна, игумена Раифскаго, он начертал истины учения в письмени — написал Лествицу.
Преподобный Иоанн управлял монастырем Синайским около четырех лет. Последние годы своей жизни он провел в любимой своей пустыне (Фоле), где и отошел с миром ко Господу, имея около 80-ти лет (около 563 года по Р. X.)
Преподобный Иоанн Лествичник на пользу и в назидание Церкви оставил после себя прекрасное творение, называемое Лествица, возводящая на небо.
Покажем кратко содержание Лествицы преподобнаго Иоанна и извлечем из ней несколько нравоучительных мыслей.
Лествица преподобнаго Иоанна Лествичника представляет в себе истинный путь к достижению высшаго христианскаго совершенства. В ней раскрываются главнейшия подвиги, которые должен пройти и совершить всякий, желающий достигнуть своего спасения. Поэтому Лествица, хотя писана собственно для иноков и в ней излагаются преимущественно главныя обязанности монашескаго звания, и для христианина, живущаго в мире и ищущаго своего спасения, представляет она действительное и важное пособие: и мирянин по этой лествице может полагать в сердце своем восхождения на высоту нравственнаго совершенства и достигать в меру возраста исполнения Христова. Лествица заключает в себе тридцать степеней. Степени эти суть не что иное, как частные духовные труды и подвиги, которыми достигается нравственное усовершение христианина и которыми отлагает он по первому житию ветхаго человека — искореняет и очищает гнездящияся в ветхом человеке пороки и облекается в новаго человека, созданнаго по Богу в правде и преподобии истины — восстановляет в душе своей образ и подобие Божие. Таким образом в Лествице указываются два рода степеней или подвигов: степени или подвиги очищения греховной нечистоты, искоренения пороков и страстей в ветхом человеке, и степени или подвиги восстановления в человеке образа Божия. К ним присоединяется еще несколько приготовительных степеней или начальных подвигов.

Вот какия степени Лествицы преподобнаго Иоанна Лествичника:


Икона Лествица прп.Иоанна Лествичника
I. СТЕПЕНИ ИЛИ ПОДВИГИ ПРЕДУГОТОВИТЕЛЬНЫЕ

Степень I. Отвержение жития мирскаго — отречение от мира и удаление от него.
Степень II. Отложение житейских попечений.
Степень III. Уклонение от мира (удаление от лиц, мест и вообще от всех предметов, которые могли бы пробудить в душе подавляемую любовь к миру).
Степень IV. Блаженное и приснопамятное послушание.
Степень V. Попечительное и деятельное покаяние.
Степень VI. Память смертная (памятование смерти).
Степень VII. Радостотворный плач (радостный плач).

II. СТЕПЕНИ ИЛИ ПОДВИГИ ОЧИЩЕНИЯ ОТ НЕЧИСТОТЫ ГРЕХОВНОЙ, ИЛИ ПОДВИГИ СОВЛЕЧЕНИЯ ВЕТХАГО ЧЕЛОВЕКА

Степень VIII. Безгневие (негневливость) и кротость.
Степ. IX. Незлопамятность.
Степ. X. Удаление от клеветы и неосуждение ближняго.
Степень XI. Удаление от многоглаголания и молчание.
Степ. XII. Удаление от лжи.
Степ. XIII. Уклонение от лености.
Степ. XIV. Истребление прелестнаго для всех, но злаго мучителя — чревообъядения.
Степ. XV. Нетленная чистота и целомудрие.
Степ. XVI. Умерщвление сребролюбия.
Степ. XVII. Настяжательность.
Степ. XVIII. Истребление нечувственности и мертвости сердечной (душевной смерти).
Степ. XIX. Подвиг против сна во время молитвенных предстояний.
Степ. XX. Телесное бдение, как чрез него можно духовно бодрствовать, и каким образом его проходить.
Степ. XXI. Борьба с малодушием и боязливостию.
Степ. XXII. Истребление многообразнаго тщеславия.
Степень XXIII. Борьба с безрассудною гордостью.

III. СТЕПЕНИ ИЛИ ПОДВИГИ ВОССТАНОВЛЕНИЯ В ДУШЕ ОБРАЗА БОЖИЯ

Степ. XXIV. Кротость, простота, незлобие.
Степ. XXV. Высочайшее смиренномудрие.
Степ. XXVI. Рассуждение о помыслах, пороках и добродетелях — рассуждение благорассмотрительное.
Степ. XXVII. Священное безмолвие души и тела.
Степ. XXVIII. Священная и блаженная матерь всех добродетелей — молитва.
Степ. XXIX. Земное небо, т. е. богоподражательное человеческое бесстрастие и совершенство и воскресение души нашей прежде общаго воскресения.
Степ. XXX. Союз трех добродетелей — веры, надежды и любви.
__________________
1 Синайский инок, современник Иоанна Лествичника.

(Подвижники благочестия Синайской горы. Письма паломницы IVвека. – М., Паломник, 1994).



Тропарь, глас 4:

           Яко Божественную лествицу, обретохом, Иоанне преподобне, / твоя Божественныя добродетели, / к Небеси возводящия ны: / добродетелей бо ты был еси воображение. / Тем моли Христа Бога, да спасет души наша.

Кондак, глас 4:

           На высоте Господь воздержания истинна тя положи, / якоже звезду нелестную, световодящую концы, / наставниче Иоанне, отче наш.



«Лествица» пользовалась большой популярностью среди православного русского народа. Иоанну Лествичнику посвящались многие храмы на Руси. Среди них храм, расположенный в колокольне Ивана Великого Московского Кремля, надвратная церковь Кирилло-Белозерского монастыря, действующий ныне храм Московской Духовной Семинарии и другие.

ПРОЧИТАТЬ "СЛОВО 27. О СВЯЩЕННОМ БЕЗМОЛВИИ ДУШИ И ТЕЛА.", ПРЕПОДОБНОГО ИОАННА ЛЕСТВИЧНИКА, ВЫ МОЖЕТЕ ПРОЧИТАТЬ НАЖАВ НА ЭТУ ССЫЛКУ.
Синайский монастырь.
Храм прп.Иоанна Лествичника в Варшаве.
Храм прп.Иоанна Лествичника в
Московской Духовной Семинарии.
Интерьер храма прп.Иоанна Лествичника в МДС.
Храм Иоанна Лествичника с колокольней
Ивана Великого. Москва. Кремль.
Надвратная церковь Иоанна Лествичника
Кирилло-Белозерского монастыря.

 
Сентябрь 2017
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

31 августа 2017 г. (четверг) – праздник иконы Божией Матери «Всецарица» - Престольный праздник нашей обители

На подворье монастыря «Всецарица» в храме Благовещения Пресвятой Богородицы ежедневно совершаются богослужения:

11 сентября 2017 г., в великий праздник Усекновения главы св.Иоанна Предтечи, в нашей обители совершен молебен о страждущих недугом винопития, а также другими страстями

Ирина Полякова. Светлая обитель.

Преставился ко Господу митрополит Нежинский и Прилукский Ириней

В Лондоне прошла презентация английского перевода книги Святейшего Патриарха Кирилла «Тайна покаяния»

Митрополит Истринский Арсений совершил панихиду по сотрудникам МЧС, погибшим при тушении пожара в Москве 22 сентября 2016 года

  Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Все замечания и пожелания присылайте на vsecarica@bk.ru
Все права защищены и охраняются законом. © 2006 - 2012.
При перепечатке или ретрансляции материалов нашего сервера ссылка на наш ресурс обязательна.
Автоматизированное извлечение информации сайта запрещено.